Суббота, 28 Ноября 2020 г.
Духовная мудрость

Прп. Лаврентий о зарубежниках
Берегитесь так называемой зарубежной церкви и знайте, что она не стоит в диптихе Православных Церквей. Многострадальная Церковь наша выстояла в безбожном государстве. Ей честь и слава и вечная похвала! Наша страна не зарубежная и наша Церковь не зарубежная! Наша страна постоянная! У нас нет зарубежных церквей.
Прп. Лаврентий Черниговский про РПЦЗ

Свт.Игнатий об апостасии
К положению Церкви должно мирствовать, хотя вместе должно и понимать его. Это – попущение Свыше, которого мы понять не можем.
Свт. Игнатий об апостасии

Прав. Иоанн Кронштадтский о войне
Чтобы заслужить небесную помощь в тяжелых обстоятельствах Отечества, нужна твердая вера в Божественную помощь, а главное – покаяние в грехах, вызвавших гнев Божий на Россию, исправление нравов.
Прав. Иоанн Кронштадтский

Свт. Игнатий о ереси
Вы говорите: «Еретики – те же христиане». Откуда Вы это взяли? Если только кто-нибудь, именующий себя христианином и ничего не знающий о Христе, по крайнему невежеству своему решится признать себя таким же христианином, как и еретики, а святую веру христианскую не отличит от чада клятвы – богохульной ереси!
Свт. Игнатий (Брянчанинов) о «межхристианском» экуменизме

свт. Игнатий об обольщении миром
Признаком кончины мира и близости второго пришествия Господня будет необыкновенное вещественное развитие: люди забудут Бога,.. и, в обольщении своем, как бы вечные на земле, все внимание устремят на землю, на доставление себе на ней возвышенного и неизменного состояния... Разврат в обширном значении этого слова, соделается достоянием человечества в последние времена.
Святитель Игнатий (Брянчанинов)

В кулуарах

Наш выход в единстве
Сегодня гость нашего издания – известный болгарский политик, писатель, и публицист Пламен Пасков. В 2016 году на президентских выборах в Болгарии он был одним из кандидатов на этот высокий пост. Интересно, что по профессии он ветеринар, но в последние годы стал широко известен именно как политик и убежденный сторонник Русского мира, последовательно защищающий интересы простых людей.

«Православная вера – главный помощник»
Александр Валерьевич Погорелов – человек широко известный, ветеран спорта, в послужном списке которого множество высоких достижений, званий и наград. Недавно наш корреспондент повстречался с Александром Погореловым – заслуженным мастером спорта, многократным чемпионом мира по кикбоксингу и тайскому боксу, основателем собственной школы бокса в Москве. Он любезно согласился уделить нам время и ответить на вопросы «ПК».

О ложном страхе последних времен
Сегодня, когда у нас на глазах совершается массовый отход людей от веры, призывающее слово священника становится особенно важным. Поэтому мы продолжаем публиковать беседы с пастырями, кому Богом вверено попечение о спасении душ человеческих. Гость этого номера – отец Александр, духовно опытный, ревностный священник, который уже сорок лет служит Церкви и неуклонным путем ведет свою паству к Богу.

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



Архимандрит Мелхиседек Артюхин
Громкая читка (продолжение) 22.10.2020
Громкая читка (продолжение)
Крым не наш 

Также проблема Крыма умы задевала. Совсем недавно Крым стал частью Украины.  Громогласный мореман, очень возмущался. Он говорил:  

- С чего вдруг Никита раздобрился? Лёня бы не отдал. Где вы тут радяньску мову слышите? Или суржик, или русский язык. А везде надписи по-украински. Какая зупинка? Чем плохо остановка? И эти женочи та человечи, чохи та панчохи.  Одежда - одяг. 

- Да им хоть как, лишь бы не по-москальски. 

- Это не сейчас началось. Ещё при Алексее Михайловиче такая присказенька была: «Мамо, мамо, бис у хату лизе. - Нехай, дочка. Абы не москаль». То есть пусть хоть нечистая сила, лишь бы не москаль. 

Тут и я отметился: 

- Служил с украинцами. Парни службистые. Ещё на первом году надо мной посмеялись: Эх ты, москаль, не можешь слово паляныця сказать! А я думаю: надо же - всё вятский был, а тут уже москаль, в звании повысили. 

– Вообще, у них жена - жинка - это неплохо, - одобрял непременный участник клуба Сергей. -  Нежненько. А муж вообще: чоловик! А жена, знаете как? Это прямо крепость для мужа: жена у них - дружина. 

- А у нас дубина, - сердито говорил романист детективного жанра Елизар. - Вот моя: делать ей совершенно нечего, как только за мной следить. 

Все ему сочувствовали. 

Скоро я понял, почему Сергей стал одобрять украинский язык. У него в эти дни происходили два текущих события: одно невесёлое - драматург Яша его общёлкивал на биллиарде, денежки вытягивал. А Сергей из самолюбия не хотел сдаваться. Но второе его воодушевляло: приехала сравнительно молодая поэтесса из Москвы. Очень сравнительно. Но москвичка. Бывшая киевлянка. Серёга за ней приударил.  Докладывал: 

- С квартирой. Дача. Муж в годах. 

- Но ты-то тут причём? 

- Разведу. Я чувствую, у неё с ним нелады. Она неглубоко замужем. Какой-то, чувствую, чинуша. Ей понимающий нужен. А это я умею. Он, видимо, дуб-дубарём, она-то вполне. Она полквартиры отсудит, нам на первое время хватит. Я её третий день окучиваю. Уже на бульваре посидели, она даже мне и спела «Мисяц нызенько, вечир близэнько».  

-  Надейся, надейся, твоё сердэнько? - не удержался я поддеть. - Чоловиком станешь. 

- Не надеюсь, а твёрдо уверен, - отвечал Сергей. - Хохлушки - это не хохлы. Те упёртые как быки, а хохлушки - это, это… Это что-то такое нечто. Я тебя познакомлю. Она рыжая, яркая шатенка, но не крашеная, такая и есть.  И вот ещё что, только тебе: тебе нравится Ялта? 

- Да уж больно она залитературена да закиношена.  А так, конечно. Море. 

- Море, да. Так вот. Ганна, она сейчас уже Жанна, от Ялты без ума. У неё и с мужем нестроение в этом. Она о доме в Ялте мечтает, а он ни в какую. А я за эту ниточку уцепился. Но тут деньга нужна серьёзная. Не прежнее время. Чехов пишет жене: «Дорогая, боялся, что не на что ехать к морю, но Суворин взял два рассказа и лето обеспечено». На твой гонорар с рассказа хватит только на раз с парнями посидеть. Да и то не ресторан, а пивная. Это ещё что! Живёт он в Ялте, здесь ему нравится. Но неохота на съёмной жить. Пишет жене: давай купим. На следующий день, это всё в одном письме, пишет: купил. В том же письме к вечеру, пишет: после обеда я подумал, что купленный дом далековато от моря и купил ещё один, поближе. А дальше, слушай, дальше следующий день. В том же письме: дорогая, я окончательно решил, что дом надо строить свой. Поэтому сегодня я купил участок земли. Всё это я у Залыгина прочитал, он хорошо о Чехове написал. Где нам такие гонорары взять? 

- Премию дадут. 

- Дадут. Догонят, да ещё поддадут. Премии, дружок, без нас делят. 

Громкая читка близится 

Дежурная в корпусе сказала, что меня искали. 

- Владимир Фёдорович? 

- Нет, от Ионы Марковича.   

И в самом деле, вскоре постучался молодой человек, очень приличный, вида референта при большом начальнике. Даже в костюме, даже при галстуке. Представился секретарём Ивана Ивановича. 

- Вы знаете, что вы приглашены к нему? 

- Да, он звал. 

- Встречу переносили по независящим от него причинам. 

- Да, в винные подвалы ходили. 

- Встреча, он просил напомнить, будет завтра. В семнадцать ноль-ноль. Ужин будет в номере Ионы Марковича. 

Ещё меня навестил Сашок. Он пришёл с бутылкой. Он ко мне и без меня заходил, я номер не закрывал. Часто его сумка с инструментами ночевала у меня. Он пришёл, спросил разрешения присесть. Тем более я и не за столом сидел, а лежал на диване.  

- Плесни и мне, - неожиданно даже для себя, сказал я. - Три капли. Тши кропли, как гуторят паны поляки. 

- Ого! - обрадовался Сашок. - Броня крепка, и танки наши быстры!  

Я подвинулся к столу, взял стакан: 

- И наши люди мужеством полны. Саш, скажи честно, только не привирай: ты тогда про Соню выдумал? 

- Что именно? 

- Что она такая вся из себя: в ресторане с кем-то сидит, и так далее? Только не врать! А то очную ставку устрою. 

Сашок смущённо хмыкнул, покрутил стакан, раскрутил водку в стакане и заглотил её. Объяснил: 

- Так она легче идёт.  Эх! Один татарин в два шеренга становись! 

- Ты про Соню, про Соню. Закуси. 

- Хорошо, признаюсь. Конечно, не такая. Это я тебе как мужик мужику говорю, не такая.  Я же тебе уже и говорил: она на все сто. Ни в какие рестораны не ходит. Честно скажу: вначале хотел с ней время провести, думал, всё получится. Здоровается, улыбается. Вообще-то я парень селянский, скромный. Но тут, в этом доме, на них нагляделся. А-а. Думаю, значит, и мне можно.  А Соня такая манкая… 

- Какая, какая? 

- Заманчивая. Как взглянет! Пошутил два-три раза. То, сё. У меня же тут все условия. Выбрал момент, кран у них на кухне менял. Она там. Тонко намекаю ей на толстые обстоятельства. Приобнял так игриво. А она: я тебе сейчас по морде надаю. Да так сказала, я понял: надаёт. Да так взглянула! Ну, брат. И вся любовь. Мне так обидно стало: за мужика не считает. Вот с обиды тебе и сказал. Ерунду наговорил, никуда она не ходит. А ты чего сидишь, как красная девица, подымай. За тех, кто в горе. - Он, так и не закусив, снова взял бутылку за горло.  - А честно сказать, она и права. Мы ведь как о них думаем? Такие и сякие, думаем. Чего не пьёшь? Жена у меня никакая, любви у нас не было. Откуда взяться: по пьянке женили. В постель как на каторгу шёл. Так мне и надо. А ты чего спрашиваешь, на Соню запал? Понравилась?  Займись. 

- У меня жена со мной венчанная.  Работать приехал. А работа не идёт. 

- Пойдёт, - уверил Сашок. - Сегодня в подвале сочленение в системе отопления менял. Вмёртвую всё заржавело, слезится, подтекает. Надо было шесть огроменных гаек, им лет по пятьдесят, метрическая резьба, свинтить. Думал, не смогу. Полдня карячился. Свинтил. И ты свинтишь.  

Он налил было ещё, но, подумав, слил водку обратно. 

- Соня. За такую Соню я и помереть был бы рад. Мгновенно бы от всех других отскочил, только бы с ней!   Ох, она так на мою маму похожа. 

- Ну и объяснись. Так и так скажи: прости, по дурости руки протянул. Да, с ней и речи нет о лёгких отношениях. Только семья! 

-  По-оздно, - протянул Сашок. - Да и слава обо мне не первого сорта. Иной раз притворюсь, что что-то на кухне или в зале надо, зайду, чтоб только на неё взглянуть. Стыдно же! Она ничего, здоровается. Но как со всеми. Как со всеми, понял? 

- Понял. А тебе надо, чтоб именно с тобой? 

- Именно! 

Что я ему мог посоветовать? Тут к нам забрёл критик Веня. Он тоже со мной особо не церемонился, заходил и раньше. Опекал меня. Взял, то есть, шефство. Учил жить. Говорил обычно: «Старичок, врубись! Идёт борьба! Становись в строй! Нужны активные штыки!» Я протянул ему свой стакан. Он не чинился.   

- Завтра к Ионе Марковичу?  К небожителям? Я тоже. 

- Но ты-то ему нужен: воспоёшь его шедевр. А меня он из-за Тендрякова позвал. Рядом стояли. Мне и идти-то неохота. 

- Ну как же, даже из спортивного интереса: такой ареопаг собирается. Секретари СП СССР, сплошь лауреатство. Олимп!  Повелители умов! Плесни ещё, Сашка! 

- Мы идём слушать новое произведение, - объяснил я Саше. 

- А которому жена пить не даёт, пойдёт? - спросил Сашок. - Про милицию пишет. 

- А, - понял Веня, - уверен, что зван. Знаменитость. У него и фильмы, и однотомники. Это же элементарная литература, детективщина, чтиво. Он на Петровке свой человек. Его снабжают делами из архива. Выбирает, что поинтереснее и переводит в роман. Фамилии меняет. А как не даёт пить? 

- Да он здесь каждую осень, это у нас все знают, - объяснил Сашок. -  Если не напишет, пить не получит. Она его запирает и уходит. Он потом отчитывается. Она выдаёт бутылку. Он вроде того, что Ерофей Иванович или Елизар какой. Можно у дежурной посмотреть. 

- У меня спросите. Конечно, Елизар Ипполитович. Точно так с выпивкой было у Мамина-Сибиряка, - поделился Веня знанием истории русской литературы. - Читал, Сашка, «Зимовье на Студёной»? 

- Ещё в школе. 

- Молодец! Не пропал для вечности, - похвалил его Веня. - Ну ты, - это уже ко мне, - осваиваешься? Наладил связи? Ты издатель, тебе легче. Не ты должен просить кого-то о чём-то, а тебя. Чего ты боком ходишь? Зачем тогда в Дом творчества ездить? 

- Веня, я так не умею. Я тут многих вообще не знаю. Только которые мелькают по журналам и книгам, по фотографиям. Да и зачем знать? - рассудил я. - Это как наш знаменитый Егор Исаев: «Я могу кого-то не знать, но знаю, что меня знают». А мне ещё легче: и я не знаю, и меня не знают. 

-  Обожди, пока не забыл, про Елизара, - перебил Веня, - тут уже я, как радетель русской словесности, имею мнение, - Веня снова глотнул. - Елизар единственно чем молодец, в чём его поддерживаю, я даже с ним вчера тайком от его жены выпил, в чём одобряю: он у детективщиков хлеб отбирает.  Несть им числа, заполонили все книжные полки. Прямо братство Вайнеров. Мусор создают, мусор сеют в головах, губят время, понижают вкус. У Елизара, по крайней мере, очистка страны от мусора. 

- Милиционеров мусорами называют, - вспомнил Сашок.   

- А что ты Егора вспомнил, - повернулся ко мне Веня, - это точное попадание: Егор - орёл. Он наш человек: за молодых буром прёт. Я его высказывание люблю: «В литературе, милый мой, чем дальше, тем ближе». Непонятно, но здорово. 

- Тогда получается: чем ближе, тем дальше? - спросил Сашок. 

- У Твардовского «За далью даль», - напомнил я. 

- Коньюнктурная поэма, -  сурово отрезал критик Веня. 

- А посещение лагерей? 

- После двадцатого съезда разрешённая тема. 

Веня на всё имел критические замечания. Был в прелестной уверенности, что руководит литпроцессом. «Критики - топливо для писателя». Я же считал, что топливо для писателя - внимание читателей. Зачем и критики, когда оно есть? А критики только тем и занимаются, что сводят счёты друг с другом. Правильнее сказать: враг с врагом. 

Опять читку перенесли 

Самое смешное, что секретарь южного классика опять постучался. Весь такой чёткий, рафинированный в моём карцере очень живописно смотрелся. Видимо, его удивляло, как это его всесильный шеф зовёт в высокое собрание человека из номера, в котором нет окна. Даже не присел. 

- Вынужден огорчить. Иона Маркович извиняется, что переносим. Но мы, простите, не учли, что это будет седьмое ноября. Тогда на восьмое. Пожалуйста, пометьте в календаре.    

- Так запомню, -  обещал я. 

Утром на другой день на берегу Владимир Фёдорович высказался: 

- Тянет, важности нагоняет. Чего было тогда не прочесть? 

- Владимир Фёдорович, а хорошо бы и вам прочесть хотя бы отрывок.  

- Да я-то бы прочёл, да Наташа не разрешит. 

- Ничего себе. Почему? 

- А где мы приготовим на такую ораву вина и закуски? Это, брат ты мой, южный классик. Они в республиках всё в кулаке держат. Там перед ними ихние Минкульты на цырлах. Он же и депутат, и вообще многочлен. Эту повесть ещё и не видел никто, а я уже знаю, что её напечатают. И там на двух языках, и в Москве в журнале, потом и в «Роман-газете», потом в отдельной книге, потом будет театральная постановка, потом сценарий для фильма и сам фильм. Нам с ними не тягаться. Ты кого-нибудь переводил? 

- Начинаю, - признался я, - Бориса Укачина с Алтая. 

- Но хоть хороший? 

Очень! – искренне сказал я. - Подстрочник он сам делал. Я начитался их эпосом, чтобы войти в обычаи, в ритмику языка. Это о детстве его. Голод у них какой был, сусликов ели. Всё, как у нас, кроме сусликов.  Картошку прошлогоднюю ходили сразу после снега, искать. Оладьи из неё пекли.  Конечно, взялся я за перевод, честно говоря, из-за денег. 

-  Ещё бы даром. Но ты же не будешь славить достижения партии и правительства. А то сплошь спекуляции, славословия путям, указанным дорогой партией. А этот Ваня уже своего переводчика и редактора сюда высвистнул.  

- Такой, в галстуке? 

- Он. Ну что, двинулись! 


Владимир Крупин


Продолжение следует...

_____________
См.также:











Поделиться новостью в соц сетях:

...<-назад в раздел

Видео



Документы

Аналитическая справка по законопроекту № 946012-7 «О внесении изменений в статью 14 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»» и др.

Аналитическая справка по законопроекту № 946012-7 «О внесении изменений в статью 14 Федерального закона «Об информации, информационных технологиях и о защите информации»» и законопроекту «О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и иные законодательные акты Российской Федерации»


Заключение о незаконности проведения «хэллоуина» в государственных и муниципальных образовательных учреждениях Российской Федерации

Формально, с внешней стороны “хэллоуин” представляет собой разовое в течение года мероприятие квазикарнавального типа, персонажами которого являются ведьмы, вампиры, монстры, вурдалаки и прочие представители всего того, что в христианской культуре и восприятии христиан называется бесовщиной.


Анализ проекта правительства о «Цифровой образовательной среде» (ЦОС)

Аналитическая справка по проекту Постановления Правительства Российской Федерации «О проведении в 2020 - 2022 годах эксперимента по внедрению целевой модели цифровой образовательной среды в сфере общего образования, среднего профессионального образования и соответствующего дополнительного профессионального образования, профессионального обучения, дополнительного образования детей и взрослых»


<<      
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 31 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 1 2 3 4 5 6
Фотогалерея
Полезно почитать

Громкая читка (окончание)

На веранде зажегся свет. Это Гриша позаботился. Мы подходили к Ионе Марковичу, благодарили. А он не мог понять, за что мы его благодарим, за чтение или за угощение. Но мы дружно уверяли, что и за то и за другое. Очень довольный Елизар, прихватив в дорогу баклажку, налитую Гришей, обнимал Иону Марковича:


Аюрведа - мерзость Индийская (заметка для крещенных в Православии)

Аюрведа - одна из разновидностей индийской альтернативной медицины, которую часто называют дополнительной ведой (упаведой) Атхарваведы. Вся аюрведическая литература основывается на философии творения санкхья, которая говорит о том, что в мире действуют два начала: пракрити (материя) и пуруша (дух).


Церковь и астрология

Сегодня от многих людей и даже от православных верующих можно услышать жуткие вещи, а именно: люди начинают выяснять, кто к какому знаку Зодиака относится; кто из них какой зверь, согласно Китайскому календарю; кто кому подходит по гороскопу, а кто кому - нет. Давайте посмотрим, что Церковь говорит про астрологию, и может ли человек, а особенно тот, который посещает Церковь и причащается, называть себя змеей, овцой, скорпионом и проч...


Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Rambler's Top100