![Бога дичимся, как дикари, а к миру прилепляемся: Прав. Иоанн Кронштадтский о пагубе приверженности веку сему Бога дичимся, как дикари, а к миру прилепляемся: Прав. Иоанн Кронштадтский о пагубе приверженности веку сему](/upload/iblock/16b/16b38e4287a66e906bbb8e23c5d3aa32.jpg)
Бога дичимся, как дикари, а к миру прилепляемся: Прав. Иоанн Кронштадтский о пагубе приверженности веку сему
I. Введение. «Жизнь по обычаю Mиpa сего»
Человеческий род, как тогда, – пред пришествием в мир Христа, был духовным трупом, – так и теперь приближается к состоянию нравственного трупа. А «идеже труп, тамо соберутся орлы» (Mф. 24:28). Так было с иудейским народом пред иудейской войной, так было с народами до пришествия Христа, так будет и теперь. Человечество развращается из-за неверия, из-за гордости и страсти к преобладанию, страсти к наживе, обогащению, роскоши, пиршествам, пьянству и вакханалиям, к театрам и ристалищам – и делается трупом.
+ + +
«Царствие небесное силою берется, и усиленные искатели приобретают его» (Mф.11:12). Косность леность в деле спасения – обычный удел человека; очень немногие усердствуют как должно в этом важнейшем деле, для которого Сам Господь сошел на землю и столь усердно совершил со Своей стороны все, что нужно было совершить по правде и милости. Посмотри кругом на людей, на мир: что творится, и убедишься, что мир во зле лежит (1Ин.5:19).
+ + +
Для того, чтобы понудить человека на грех, враг обдает душу адским мраком, а сердце влечет к нему прелестью и сладостью, волю насилует, берет человека неборющегося в плен, от которого может спасти только один Господь.
+ + +
Враг безплотный входит всеми нашими чувствами: зрением, слухом, устами, вкусом, чревом, осязанием, и всеми душевными силами: умом, памятью, воображением, сердцем; всеми желаниями и похотениями, всеми страстями: самолюбием, чревоугодием, сластолюбием, лицеприятием, злобою, завистью, блудами, нетерпением, ропотом, непослушанием.
+ + +
Гнусливый, скаредный демон всех и всего гнушается, особенно святыни Божией и всех святых, и крепко нудит нас гнушаться друг друга, особенно низших и нищих, слабых, больных и обезсиленных, коим надо сочувствовать и коих тяготы нужно сносить по заповеди Христовой. Избави нас, Господи, дьявольского мерзкого гнушения: больных, неблагообразных или картавых, косноязычных или имеющих на лице раны и язвы, или сыпь, или кривоту глаз, хромых калек особенно нудит нас враг отвращаться и презирать (между тем их надо любить, ради немощи их), а красивыми лицами нудит прельщаться и похотствовать на них. Вот какое лукавство врага!
+ + +
В деле служения людям, особенно духовного, враг нередко мгновенно вмешивается в отношения наши душевные и вносит в них свою вражду и жгучесть, возбуждая нас против тех, кто приглашает и к кому приглашает, если приглашающие принадлежат к числу малых, незнакомых и бедных мира сего людей; но если приглашают богатые и знатные, тогда мы с готовностью исполняем с послушанием в ожидании достойного вознаграждения. Так везде в отношения наши вмешиваются или гордость, презорство и неприязни, или корысть, вообще низкий эгоизм, источник которого – дьявол, исконный человекоубийца, от которого да сохранит нас Господь.
+ + +
Быстро, как молния, поражает и парализует враг нашу душу пристрастием к чему либо из земных, так называемых, благ и сокровищ, отдаляя и отчуждая ее чрез то от Бога. И вообще вех людей враг уловляет чрез слепое безсмысленное пристрастие к плоти, к Mиpy, к его богатству, сокровищам, к земной славице, к преходящей красоте и роскоши. Все это в Mиpе нас прельщает и от Бога разлучает – то есть: похоть плоти, похоть очей и гордость житейская... Этой тройственной похоти святые угодники всячески убегали, чтобы не погасить, в сердце огня Божией любви.
+ + +
Невоздержание в пище и питье влечет за собой порабощение врагу, который пользуется всяким излишеством питания к нашему душевному и телесному вреду.
+ + +
Мы, люди имущественные, поступаем очень строго, пристрастно и взыскательно с бедными, требуя от них непременно работы для снискания пропитания с их детьми. Но отчего мы не строги и не взыскательны к себе, позволяя себе пользоваться в великом избытке сокровищами земными: деньгами, богатством, дорогими одеждами и роскошными жилищами и всякими драгоценностями из золота, серебра и камней драгоценных.
Не мертвый ли все это капитал, никому пользы не приносящий, но могущий принести великую пользу для бедных, если бы мы обратили это в деньги и роздали бедным. И не осудят ли нас в день суда эти безполезно лежащие сокровища, которыми мы могли бы сделать многих бедных довольными и счастливыми и себе бы могли стяжать чрез них от Господа великую благодать и милость и ныне и в день судный.
+ + +
Молитву – как бы скорее кончить, а обед, чай, театр, вечер, картежничество, танцы – как бы дольше продлить! Какиe мы плотолюбивые и суетные! Бога дичимся, как дикари, а к Миру прилепляемся, с миром дружбу водим. «Но Аще кто любит мир, несть любви Отчи въ немъ. Любовь Мира сего есть вражда на Бога», по Писанию (1Иоан. 2:15, Иак. 4:4). О неблагодарные! Все от Бога имеем, а искренней любви и благодарности к Нему не хотим иметь и оказывать!
+ + +
Чтобы пища и питье больше прельщали и пресыщали людей, чтобы они полагали свое наслаждение, свое блаженство в них, больше ели, забывая о духовной пище – растленный человечески разум изобрел особую науку-гастрономию, хотя и без нее многие приготовляют в самом привлекательном виде явства и питье, от чего питание или еда и питье обращаются в страсть; а чтобы забыли мы книгу живота, светильник своей жизни – Евангелие, растленный разум и мир осыпал и осыпает нас своими книгами, преисполненными суеты мирской, говорящими только о земных благах и происшествиях или удовольствиях, часто нисколько не питающих души, а только возбуждающих в них голод духовный.
Чтобы отвлечь, от храмов, мир изобрел театр или народные дома, и кто любит театр, в том очевидно нет любви к Богу. «Аще, кто любит мир, несть любви Отчи в нем». Вместо благоухания кадила в храмах мир изобрел свое благоухание табачное, и усердно окуривает себя им с жадностью, почти ест и глотает его, и дышит им, и коптит им свои внутренности и жилища свои, производит отвращение к благоуханию кадила, отчего многие даже в храм боятся приходить. Но «мир преходит и похоть его, а творяй волю Божию пребывает во веки» (1Ин.2:17).
+ + +
Господа писатели и мирские и духовные люди, все сословия – равны ли вы себе, как словесные создания Божьи, как христиане, как ближние друг другу, как единоверцы, сограждане, члены общества, члены семьи, воспитанники разных учебных заведений?
Не противоречите ли вы постоянно сами себе, своему внутреннему сознанию, своим советам, знанию, занятию, идее христианина, гражданина, воспитанника, купца, ремесленника, чиновника, воина, ученого, земледельца? Вы никогда не бываете равны себе, своему существу, идее, не бываете правы, тожественны, совершенны, – но всегда с безчисленными недостатками.
«Кто отлучит нас от любви Божией: скорбь или теснота, или гонение, или глад, или нагота, или опасность, или меч, как написано: за тебя умерщвляют нас всякий день; считают нас за овец, обреченных на заклание. Но все cие преодолеваем силою Возлюбившего нас; ибо я уверен, что ни смерть, ни жизнь, ни ангелы, ни начала, ни силы, ни настоящее, ни будущее, ни высота, ни глубина, ни другая какая тварь не может отлучить нас от любви Божией во Христе Иисусе Господе нашем» (Рим. 8:35 – 39).
Вот какова была любовь в апостолах! А в нас есть ли подобная любовь к Богу, хоть малая искра такой любви? В большинстве людей вовсе нет любви, что видно из дел людских; в немногих горячность любви постоянной, неотпадающей.
Ибо большинство людей предано веку сему и безчисленным пристрастиям житейским, отлучающим от Бога: один купил поле и хочет посмотреть его; другой пять пар волов и хочет испытать их; иной женился, потому не может придти на вечерю Божию.
Враг нашего спасения, зная хорошо силу искренней любви человеков к Богу, придумал тысячи предлогов и породил и порождает тьму страстей человеческих, приковывающих его к плоти и миpy, и разлучающих от Бога, или безчисленные ложные учения, ереси, секты и расколы, чрез которые разлучает на веки людей от Бога и коими вооружает людей и народы друг против друга, между тем как Бог и святая и апостольская Церковь старается соединить их в едино духовное таинственное Тело под Главою единою – Христом, одушевляемое одним Духом Святым.
+ + +
Дышит ли в светской литературе дух веры Христовой, дух горнего царствия и спасения вечного, дух любви к Богу и Господу Иисусу Христу и дух истинной любви к ближнему, желающей ему вечного спасения во Христе Иисусе? Нет и нет.
В ней дышит дух Мира сего, дух прогресса века сего тленного, но не христианского; если дышит иногда и некоторая добродетель века сего – добродетель не во имя Господа Иисуса, а добродетель естественная, гражданская и общественная или воинская.
Как же христианину надо обращаться с светскою литературою? Обращаться с осторожностью, читать немного, только по необходимости и больше заниматься словом Божьим. Между светскими писателями надо избирать только духовно-благонамеренных, отличающихся христианским духом; не имеющих же христианского духа, занятых исключительно миром, его страстями, – не читать. Как на театр смотреть? Как на – пустую суету века, ибо нет здесь нимало Духа Христова.
+ + +
Писатели наши не живут у себя (в душе своей) дома, а обращаются только во внешнем Мире: судят, рядят о всем окружающем, а о том, что делается в их душе, какие в ней болячки и недостатки, какие страсти владеют ими самими, в чем им надо покаяться пред Богом и людьми, в чем исправиться – этим они не занимаются и исповеди или покаяния не признают. Но «какая польза человеку, Аще мир весь приобрящает, душу же свою отщетит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?» (Mф.16: 26).
+ + +
Внешние писатели, сотрудники газет, многостатейных журналов и книг, богатые всякой внешней мудростью века сего, – обладая многими знаниями, не знают главного и единого на потребу – не знают откровения Божия, не знают своего внутреннего миpa, не знают и не сознают своего плачевного падения, своей страстности, своего окаянства пред Богом, своей нищеты, слепоты, наготы, своей непригодности для Царствия Божия.
– Все по-видимому они знают, обо всем судят, язык их проходит всю землю, а о себе не знают, что они находятся в жалком, плачевном плену всяких страстей, – самолюбия, гордости, самомнения, тщеславия, блуда, прелюбодейства, чревоугодия, корысти, жестокосердия к бедным, осуждения других и потворства во всем себе, зависти, ревности, лукавства, непокаянности; обо всем пишут и говорят и в преумножении льстивых словес душами утверждаются, а когда дело коснется самоосуждения и покаяния, становятся ленивыми и сами немогущими лаять на себя самих, на грехи свои, нелепия коих и не сознают, – все себе прощают, извиняя себя во всем и не считая себя недостойными Царствия Божия.
+ + +
Не слишком ли много мы ценим светских писателей и не в ущерб ли благочестию своему, вере и преданности Богу и Церкви Его, слову Его? Каковы плоды светского воспитания детей наших; воспитания основанного на изучении светских писателей и на отчуждении от св. Писания и от Церкви? Что из них выходит! Неуважение к Церкви, неохота к богослужению и молитве, непочтение к родителям, ко властям, к чистоте нравов, пристрастие к внешности, нерадение о внутреннем делании, самопознании, самовникании, самоуглублении, созерцании; забвение о цели существования своего на земле или извращение этой цели, неверие в будущий суд и в воскресение, вообще безцельность жизни и безотчетность в ней; вольномыслие, насилие, попрание совести, извращение правил порядка, богохульство, страсть к конским ристалищам и прочим светским развлечениям.
+ + +
Крайне мало или нет в нас вовсе любви Божией, ибо только нам представится повод ко греху, напр, плотскому сладострастию или к неприязни, ненависти, зависти, непокорности – мы тотчас увлекаемся, блазнимся лицом красивым или некрасивым, и любовь к Богу и ближнему разлетается в прах, является в нас крайняя непоследовательность, нелепица мыслей и чувств, и расположений сердечных. Если ты любишь Бога, то люби всегда непрестанно, не отпадая от Него ни на минуту, тоже и о ближнем разумей! Как глуп грех! Как несмысленно – глупо сердце наше, непостоянное, колеблемое ветром вражиим. По плоти мы ходим, а не по духу!
+ + +
О плоть многострастная, враждебная Богу и душе моей! Ты непрестанно усиливаешься разлучать меня от Бога чрез тленные плотские страсти, особенно чрез самолюбие, плотоугодие, сладострастие, гнев и злобу, зависть, леность и неверие.
+ + +
Ты имеешь дружбу со своею многострастною плотью, – этим гнездом дьявольским, а нужно объявить ей безпощадную войну, всем ее прихотям и страстям, ибо чрез пристрастие к ней враги невидимые непрестанно окрадают нас, наше cпасениe, и господствуют нашим умом, сердцем, памятью и воображением.
+ + +
Люди дремлют и спят духовно, в наслаждениях своих – в погоне за корыстью и почетом, – спят долго телесным сном, и расслабляют тем свои сердца, делаются ленивыми и неподвижными на молитву и благодарение Богу.
+ + +
Люди забывают о своем безсмертии по душе и живут, как временные, как путники; забывают каково будущее безсмертие – мучение, или блаженство, и все живут нерадиво, беззаконно, следуют только законам здешней временной жизни.
+ + +
Человек плоти и крови и думает только о чревe, о наживe, об увеселениях, о прибыли, о процентах, о доходах; только и живет в земном, тленном, исчезающем, подобно дыму и праху.
+ + +
Боже мой, как нас губит враг через нашу жадность к вину!
Пьяные часто лежат на дорогах, как бревна. Где разумная душа, созданная по образу и по подобию Божию? Где вера во Христа? Где чаяние второго пришествия и страшного суда Христова? Где мудрствование о горнем? Где дух Христов, дух воздержания, чистоты и целомудрия, благости, кротости и смирения и чаяния Горнего Царства? Нет ничего. Жаль человечество. Господи, даруй мне совершенно возненавидеть жадность к пище и питью, столь много причиняющую душевный и телесный вред людям Твоим!
+ + +
По течению или против течения идешь? т. е. исполняешь желание плоти и помышлений, или распинаешь плоть со страстьми и похотьми? Многострастная плоть моя есть виновница нарушения мною всех заповедей Бога моего; и отчего я люблю ее, а не ненавижу ее всею ненавистью? Ибо кто не возненавидит душу свою, не может быть учеником Господа. Ибо кое общение свету ко тьме, правде к беззаконию? – Кто так тверд в вере и добродетели, чтобы ему, при всех искушениях ко греху, – остаться непоколебимым в добродетели, напр., целомудрия, воз- держания? Обыкновенно наш душевный корабль разбивается от первых волн и натиска страстей.
+ + +
«Идеже червь и тля тлитъ» (Mф. 6:19). Этими словами сладчайшего нашего Спасителя характеризуется вся суетная, временная, преходящая жизнь человека на земле. Червь и тля это грех, который, как червь, точит жизнь людскую на земле. Грех всех и все растлевает; без тлящего начала греха не было бы на земле тления, скорбей, болезней, смерти, безчисленных опасностей, страхов, войн, землетрясений, губительных ветров, пожаров, извержения огнедышащих гор, – не сгорала бы земля; не нужна была бы новая земля и новое небо; все это произошло и имеет быть из-за греха. Таков грех, все тлящий, – такова тля земная! Bсе страсти человеческие тлетворны; каждый помысл греховный, каждое, даже мгновенное плотское похотение – тлетворно.
+ + +
Все в человеке – грех; грешные помышления, вожделения, намерения, стремления, предприятия, многие планы, слова, дела; самая молитва часто обращается в грех, как ленивая, нерадивая, неискренняя, неплодотворная, принужденная и поспешная, скрадывающая слова.
+ + +
Грех есть безyмиe, тьма нечистоты, мерзость, мятеж против Бога; – безчиние, самочиние, беззаконие, вражда человеков к Богу и друг к другу.
+ + +
Нам всегда можно привлекать в себя Духа и исполняться этим треблаженным богатством – Троицею, любящею и спасающею нас. Только грехи наши разлучают нас с Отцом нашим Небесным.
+ + +
Бог безконечно благий, безконечно гнушается зла, ненавидит зло. Оттого нужна была безконечно великая жертва для удовлетворения правде Божией за грехи всего человечества. Грешники! еще ли прогневлять вам грехами Сына Божия, взявшего на Себя грехи ваши? Но, горе распинающим Его снова! Будет безконечная мука поправшим Кровь Сына Божия, ведавшим заповеди Евангелия и жившим противно им, равно – неуверовавшим в Сына Божия, хотя и слышавшим благовествование о Нем и видевшим чудеса, совершившиеся именем Его.
+ + +
Солнце к чему ни прикоснется прозрачному или отражающему лучи, все делает светлым: и простую каплю воды и кусочек стекла, монету золотую или серебряную. Так Отец Небесный, в кого вселится, всех сделает солнцами. «Вселюся в них и похожду, тогда праведницы просветятся, яко солнце в царствии Отца их». Но тела черные решительно не принимают в себя света, остаются и на солнце черными.
Так и грешники нераскаянные – и здесь бывают мрачны душами, несмотря на то, что Солнце правды – Христос всем предлагает Себя и хочет всем светить; несмотря на то, что Евангелие, как солнце, дано всем для просвещения и оживотворения душевного; что Церковь Божия, как солнце, всех хочет осветить и оживотворить светом Божией благодати; – и потому там, в том веке, грешники будут мрачны во веки веков.
+ + +
Греховный нарыв – нагноение греха со всеми его последствиями постоянно увеличивается в ужасающей мере в роде человеческом; беззакония, пороки возросли и возрастают до гигантских размеров; стадо истинно верующих будет сокращаться больше и больше, растлевающие учения лжеименного знания, в роде толстовского, будут увеличиваться и заражать человечество, растлевать его, так что Христос, когда придет на землю, то найдет ли веру на земле?
+ + +
Во всех нас в зачатии, рождении, после рождения во все течение земной жизни, живет ветхий человек, унаследованный от падшего праотца и первопадшей праматери, столь лукавый, скверный, богопротивный, смердящий всякими грехами, что всесвятому нашему Творцу и Богу, создавшему нас по образу и подобию Своему, места не обретается, где главу приклонить. В чем проявляется этот ветхий человек? В греховном самолюбии, саможалении, самоугодии или плотоугодии, лености, гордости, презорстве других, тщеславии, честолюбии, неповиновении, сластолюбии, корыстолюбии, в лукавстве, презорстве и обидах ближнего, в скупости, лжи, обмане, в гневе, раздражительности, нетерпеливости к другим из-за самых пустых причин, во всяких видах блудной нечистоты, в ропотливости, суетности и прочих безчисленных страстях.
+ + +
Сколь богопротивен и для меня самого отвратителен ветхий мой человек, живущий и не умирающий во мне доселе! Сколь он живуч, лукав, эгоистичен, лицепрятен, корыстен и любостяжателен, хотя во многом по милости Божией я и щедр, когда вижу истинную нужду в ближних, и для них и для души своей пользу от подаяний! Сколь блудлив, нечист, землеревнителен, любовеществен наш ветхий человек!
+ + +
Меня удивляет и поражает непостоянство и изменчивость сердца человеческого – лукавого, маловерного, злого, нетерпеливого, раздражительного, ленивого, самолюбивого, плотоугодливого, сладострастного, гордого, презорливого, уничижительного, любовещного, завистливого, подозрительного, мстительного, мечтательного, ропотливого, земнолюбивого.
+ + +
Лукавство сердца человеческого вследствие природной испорченности и навыкновения ко греху, – громадно, особенно – маловерие и неверие Божественным и таинственным вещам. Так, напр., величайшая тайна причащения Тела и Крови не подлежит сомнению, кроме того, что слово Господне есть ей и аминь, т. е. есть непреложно, верно неизменно, всемощно, – еще потому, что человек, верующий и благочестно живущий, тысячи раз и миллион испытал сердцем и всем существом своим истину и животворность ее, победу ее над всеми страстями, очищение грехов, освящение, силу, мир, радость, пространство; и все-таки в самый момент причащения, по действу врага и испорченности своего сердца, иногда, оскудевает человек верою, особенно когда накануне причащения не удерживает чрева, – и только с усилием снова овладевает истиною тайны причащения, и – умиротворяется. Ужасное лукавство! Ужасная порча сердца! Бедное человечество!
+ + +
В человеческом сердце гнездятся: гордость, презорство, злость, зависть, самолюбие, непослушание, леность, упорство, блуд, ложь, двоедушие, обман, недоброжелательство, злорадство, злопамятство и всякий грех.
+ + +
В какие острые, огненные, смертоносные искушения я впадаю всякий день от невидимых врагов, ищущих поглотить меня до конца и в ад ввести!
+ + +
О своих пристрастиях человек познает в искушениях. Иногда привязывается всем сердцем человек к пустой и ненужной вещи, а то и нужной и дорого стоящей, – до того, что, потерявши ее, смущается, скорбит и печалится, места, покоя себе не находит, как будто потерял что либо важное, от чего будто бы зависит его жизнь, покой и довольство.
Так один человек потерял любимую гребенку черепаховую, оправленную искусно в серебро с вычеканенными на ней словами, означающими, кем она подарена и сделана, когда, кому. Скорбь и теснота одолели его, и Бога потерял он из сердца, и мира лишился, и духа молитвы, и сил; – и сочувствия к ближним лишился, к коим прежде имел расположение и уважение, и казалось отпал от Бога, от всякой искренней любви и сочувствия к ближним;
успокоился же лишь после великих борений с собой. Вот как ничтожная вещь бывает нередко причиной отпадения от Бога, от Евангелия, от любви к ближним. А сколько у человека бывает других пристрастий, причин, мешающих ему любить Бога и ближнего! Деньги, разные вещи, разные лица! «Аще кто любит отца или мать, сына или дщерь паче Мене – несть Мене достоин» (Mф.10:37).
+ + +
Мы кратковременны, нам надо приготовиться здесь к вечности, а между тем мы так легкомысленны, безпечны, рассеянны, празднолюбивы, суетны, бездельны. Боже мой! О каком спасении мы не радеем? Не убежать нам от огня геенского, если не обратимся, не покаемся, не изменимся! «Слово сокращенно сотворит Господь на земле». «Много званых, но мало избранных». «Не во множествe их на земле (Евреев) благоволи Бог. Аще будет число Сынов Израилевых, яко песок морской, токмо остаток спасется».
+ + +
Какой ответ мы дадим Богу, общему всех и нелицеприятному Отцу, Владыке и Судии, за то одно, что ежедневно пресыщаемся и наслаждаемся дома и на званых обедах и вечерах, а о нищих, бедных, сиротах и вдовицах не радим и жесткосердствуем к ним при виде и просьбе их? Боже, Боже мой! как мы самолюбивы и жестокосерды! Царствие Божие со всеми благими в руках у нас, а мы не хотим его купить временными благами! Суд без милости не сотворшему милости! Истинно, истинно все Лазари получат Царствие Небесное, а жестокосердые пойдут в ад. «Идите от Мене, проклятии, в огнь вечный, взалкахся бо и не даете Ми ясти»... (Mф. 25:41).
+ + +
Говоришь – нет мук вечных, это угроза только для простых людей, не больше. Но если так, то значит и блаженства вечного не будет и, прежде того, воскресения мертвых не будет; скажешь – страшно сказать – этими сладкими обольщениями льстит Писание нашему самолюбию, значит и все, что сказано в Евангелии, можно подвергать сомнению – можно ничему не верить, и жить как хочется. Видишь к каким страшным последствиям приводят тебя твои умствования! Но никогда не было лжи в устах Господа Иисуса Христа! «Слово Его – ей и аминь. В Том (в Нем Самом) ей и в Том аминь».
+ + +
Бойся, крайне бойся сомневаться в истине или раскаиваться в правом словe и деле! Это – дело сатаны, завистника и клеветника истины и правды. Горе сомневающимся; горе всякому слуге сатаны!
+ + +
Лесa горят, земля горит, земля сохнет, ни росы, ни дождя нет, потому что засохли сердца, испарилась – иссякла любовь из сердец человеческих от зноя грехов и страстей: самолюбия, корыстолюбия, сластолюбия, чревоугодия; люди оставили источник вод живых – Господа, и не прибегают к Нему с почерпалами веры, смирения, упования на милость Его.
Сердца дымят и смердят грехом, а благодатной животной росы Духа Святого нет. Люди грешат и о покаянии не помышляют, а без покаяния нет прощения, нет исправления, – душа человеческая погибает. Ибо сказано: «если не покаетесь, то все погибнете» (Лк. 13:3).
Истинное же покаяние и прощение грехов человек может иметь только в Церкви, которой дана власть вязать и решить и в которой находятся всякие трогательные образцы истинного, богоугодного, плодотворного покаяния; между тем многие неразумные, самомнительные, несмыслящие в духовных вещах оставили Церковь Божью, источник воды живой, и выкопали ceбе дырявые колодцы, не могущие содержать воды.
Праведный Иоанн Кронштадтский
«Путь спасительный»
Санкт-Петербург : Тип. уч. глухонемых, 1903. – 134 с.
![](vk.png)
![](face.png)
![](mail.png)
![](ok.png)
![](tw.png)
<-назад в раздел