Среда, 8 Апреля 2020 г.
Духовная мудрость

Преп. Амвросий Оптинский о мудрости
"Будите мудры яко змия" (ср. Мф. 10,16). Змея, когда нужно ей переменить старую кожу на новую, проходит чрез очень тесное узкое место, и таким об разом ей удобно бывает оставить свою прежнюю кожу. Так и человек, желая совлечь свою ветхость, должен идти узким путем исполнения евангельских заповедей. - При всяком нападении змея старается оберегать свою голову. Человек должен более всего беречь свою веру. Пока вера сохранена, можно еще все исправить.
Преп. Амвросий Оптинский

Вл.Агафангел о сути
Только основываясь на православном мировоззрении и миропонимании, можно дать истинную оценку процессу глобализации, посмотреть на него «сверху», выйдя из плоскости политико-экономических и товарно-денежных отношений между странами.
Митр. Агафангел Одесский о происходящем

Свт.Игнатий об апостас
Отступничество принимает огромные размеры. Наступают времена трудные в духовном отношении: затруднительность постоянно увеличивается. Это попущение Божие.
Свт. Игнатий Брянчанинов о церковной апостасии

свт. Игнатий о врагах России
Европейские народы всегда завидовали России и старались делать ей зло. Естественно, что и на будущее они будут следовать той же системе. Но Велик русский Бог! Молить нужно Великого Бога, чтобы Он сохранил духовно-нравственную силу нашего народа – Православную веру.
Свт. Игнатий (Брянчанинов)

Св. Иоанн Кронштадтский о папской "непогрешимости"
Самое вредное дело в христианстве, в этой богооткровенной, небесной религии, - есть главенство человека в церкви, например папы, и его мнимая непогрешимость. Именно в его догмате непогрешимости и заключается величайшая погрешность, ибо папа есть человек грешный и беда, если он помнит о себе, что он непогрешим.
Св. прав. Иоанн Кронштадтский

В кулуарах

Тайные молитвы да не звучат вслух
В наше непростое время все чаще и чаще в некоторых храмах священники читают вслух тайные священнические молитвы за Литургией. Это веяние получило распространение в обновленческой среде еще в конце XIX – начале XX века. Представители так называемой «живой церкви» стали сокращать службы, переводить на...

«Из русского народа еще выйдут герои»
О плодотворном художественном творчестве Максима Фаюстова мы уже не раз писали на страницах нашей газеты. В этом году исполняется 10 лет, как он впервые выставил самую известную свою картину «Русский герой Евгений Родионов». За эти годы в постерах и репродукциях она разошлась далеко по России.

Россия, тревога!: «Мир вокруг нас ещё продолжает выглядеть привычно», но это уже не так
Председатель Правительства Мишустин выступил в Казахстане на пленарной сессии форума Евразийского экономического союза «Цифровое будущее глобальной экономики». Тема выступления: «Построение устойчивого региона на основе данных и искусственного интеллекта».

Документы
читать дальше...

Корреспонденция
читать дальше...



Архимандрит Мелхиседек Артюхин
Кто творец церковных песнопений: Какое пение должно считать в православных храмах приличным? (ч.1)
Кто творец церковных песнопений: Какое пение должно считать в православных храмах приличным? (ч.1)

Чтобы уяснить себе надлежащее понятие о том, какое пение должно считать церковным и к употреблению при богослужениях в православных храмах приличным, и какое считать светским, превращающим наши храмы в концертные залы, мы обратимся к историческим справкам и в них поищем этого уяснения.

Пение церковное сначала, как известно из истории, принесено к нам от греков, вместе с православною верою, просветителем земли Русской равноапостольным князем Владимиром. Написано оно было безлинейными нотами, составленными из арабских букв, прозванных у нас в России «крюками» (по сходству с ними), и заключалось в одних мелодических одноголосных распевах. Никаких гармонизаций и тактовых ограничений, требуемых привитой к нам итальянской школой, в этих мелодиях не было. И пели по этим крюкам в наших православных храмах до половины XVII века, а за сим, переведя эти мелодии с крюковой системы на пятилинейную, продолжали петь их по сей системе до конца XVIII века. Но с этого времени бурным потоком хлынула к нам с Запада музыка итальянская, вторглась в наше церковное пение и, со вступлением в 1796 году в должность директора Придворной Капеллы всемирно-известного Д. Бортнянского, получила в наших храмах право гражданства, а за сим, распространяясь с каждым годом все более и более, наконец, в таком множестве переполнила наши храмы, что для разбора всех этих произведений, о которых заботился Наблюдательный Совет, потребовалось бы слишком много времени и труда, и притом труда для Церкви православной совершенно ненужного, так как все эти произведения писались и пишутся не в греко-восточном церковном духе, а в римско-католическом духе, которого как это ясно видно из сказанного, до XVIII века в наших храмах не было и не должно быть.

За этим следует выяснить: кто же был творцом церковных песнопений, принесенным к нам с Востока, и кто композитором церковной музыки, нахлынувшей с Запада?

Творцами первых, как известно, тоже исторически, и видно из надписей на богослужебных книгах, были люди, прославившиеся святостью жизни, каковы например: преподобные Иоанн Дамаскин, Косма Маиумский, Иосиф Песнописец, Роман Сладкопевец и многие другие, причисленные Церковью к лику святых. Творения свои они писали не только по человеческому разуму, хотя и глубоко просвещенному некоторых из них, сколько по вдохновению свыше, что также ясно видно из жизнеописаний их, в Четь-Минеях. Для примера укажем на преподобного Иоанна Дамаскина и Романа Сладкопевца, которым сама Царица Небесная помогала в их творениях, в удовлетворение чего каждый желающий может с пользой для своей души сам прочесть их жития. Потому-то богодухновенные песнопения их, исполняемые притом, с должным благоговением и совершенным знанием, всегда располагали слушателя к молитве и чудодейственно пленяли сердца в веру православную. Вспомним, например, послов равноапостольного князя Владимира, ведь тогда на Божественной Литургии, которая совершалась в Константинопольской церкви Св. Софии, в присутствии сих послов западной музыки не было, и однако же они так были поражены всем виденным и слышанным, что мнили себя не на земли стоящими, а на небе. А между прочим, те же самые послы, как гласит история, были и в Риме, созерцали и папскую службу, услаждались и их музыкою, но, очевидно эта служба, разыгрываемая в западных церквах под звуки органной музыки, услаждающей и увеселяющей, но не располагающей к молитве, отнюдь не пленила русских послов в веру их. Достойно внимания, что у греков и по сей день нет в церквах западной музыки, они не признают ее церковною. Это только мы, русские, перенимаем с запада все без разбору – и хорошее и дурное не соображаясь с тем прилично ли делу перенимаемое или нет.

Не мешало бы всем нашим композиторам и регентам прочесть жития св. Отцов, писавших для церкви свои боговдохновенные мелодии и сравнить свою жизнь с их жизнью, тогда быть может они не стали так сильно увлекаться западною музыкой и творения св. Отцов облекать в римско-католическую гармонию.

Таким образом из сказанного ясно видно, что древнее наше церковное пение, исполнявшееся в наших храмах до конца XVIII в., писалось людьми святыми и притом по вдохновению свыше.

Но что же это были за люди, дерзнувшие в наших православных храмах мелодии св. Отцов восточных заменить музыкой западной, и притом так искусно и незаметно, что в ту пору никого не нашлось из православных опротестовать эту подмену? Кто они, эти люди, откуда наконец, почерпали свое вдохновение композиторы и гармонизаторы наши доморощенные, от них же, увы, и аз окаянный есмь? О! Вдохновители наши были люди тоже знаменитые, только не от высших сил, а от низших. Это были люди прежде всего не православные и не творцы священных песней: это были итальянские театральные капельмейстеры, выписываемые в Россию для управления театральными оркестрами, каковы например: Арайя, Цоппис, Галуппи, Чимароза, Сарти и многие другие. Вот они наши «святые вдохновители», из них Галуппи был учителем нашего Бортнянского, а сей последний, усвоив за границей в совершенстве западную музыку, и вступив в должность директора Придворной Капеллы, преподал ее своим русским ученикам и последователям.

Вот эти-то капельмейстеры латинского, а может быть некоторые их них и еврейского вероисповедования не без совета, конечно и участия о.о. иезуитов, добивавшихся в те времена разрешения селиться в России, первые начали сочинять на наши православные молитвы свою итальянскую музыку, что видно из надписей на их сочинениях, например: «Единородный Сыне» Галуппи, «Ныне Силы Небесные» Сарти и прочее, а их ученики и последователи, с легкой руки Бортнянского, и вовсе изгнали из наших храмов принесенные к нам из Востока древние мелодии и заменили их музыкою западной - оркестровой.

Само собой разумеется, что для оркестровой постановки пения нужны были и детские и женские голоса, и их стали набирать. И таким образом в русских православных храмах, вместо древнего мелодичного одноголосного безстрастного пения, вошли в моду хоры смешанные, хоры по образу и подобию театральных оркестров и католических органов, с пением, выражающим страсти человеческие и похоти. Музыка, бесспорно приятная, усладительная, особенно в концертах и увлекательная, но не молитвенная. Мы так сильно увлеклись этой музыкой и пленились ею, что забыли страх Божий, забыли зачем нужно ходить в церковь, забыли как должно молиться, и что прискорбнее всего, теперь не в силах решительно освободиться из этого плена. Первыми завели свои смешанные хоры по образу придворных – архиереи, за ними полковые командиры и т.д., пока не расплодились эти хоры по всей России в таком множестве, что теперь редко в какой церкви не имеется смешанного хора. Вдобавок к этому, некоторые из нынешних композиторов, к гармонизации церковных песнопений в итальянском стиле, стали прививать характер русских народных песен, и музыку свою уже не называют церковной, хотя и пишут для церкви, а просто национальной, а духовенство наше стало приучать паству свою к хождению в церковь не столько для молитвы, сколько для услаждения слуха оркестровым пением. Таким образом мы храмы Божии - храмы молитвы окрестили в концертные залы, а православные и в самом деле стали ходить в эти храмы уже не столько для молитвы, сколько для развлечения - послушать итальянской концертной музыки.

К великому горю православных христиан этому горю подверглось и Московское Синодальное Училище. Восстановлено было это училище заботами покойного К.П. Победоносцева собственно для исправления опечаток и иных повреждений, вкравшиеся в наши древние церковные мелодии заключающихся в Синодальных нотных обиходах, для разработки этих мелодий в духе православной религии и для распространения их во всеобщее употребление. Но оно – училище это, уклонилось от этого благого и для Церкви православной благопотребного дела в сторону Рима, прельстилось западной музыкой, и поставило своей целью, во вред православию умножение музыкальных сочинений в итальянском стиле, коих у нас и без того много расплодилось. Мы в этом деле превзошли даже своих «вдохновителей» западных и теперь ездим за границу сами давать концерты и хвастать тем, что «вот-де мы, ваши ученики какие огромные успехи сделали в изучении правил вашей гармонии и в забвении своей православной религии с ея боговдохновенными мелодиями. Мы и регентов для православных церквей выпускаем, досконально изучивших правила вашей западной гармонии и прекрасно играющих на музыкальных инструментах, но в церковном уставе понимающих немного более ничего, а в церковных гласах, коих у нас более пятидесяти (имеются ввиду различные распевы одного и того же гласа, например Киевский, Московский, Знаменный и пр.), они ни разобраться, ни даже тона надлежащего задать не могут, не говоря уже о распевах на "подобны”, коих в каждом гласе по нескольку, – о них они и понятия не имеют. Эти распевы можно теперь услышать только в Великой церкви Киевской лавры, да еще в наших пустынных монастырях, каковы например: Софрониева и Глинская пустыни, а больше нигде. Но чрез регентов скоро и в сих обителях упраздним эти подобны и заменим их музыкой вашей. Вот как мы стараемся для вас, милые наши наставники и вдохновители».

С таким же точно западным вдохновением и любовию к итальянскому стилю выпускает регентов и Придворная Капелла, в которой обучался и я сам. В ней я при директоре Бахметеве так же изучал правила итальянской гармонии, проходил разные тетрахорды, септаккорды и всякие иные пентахорды, но разумения церковного устава православной церкви, церковных гласов и распевов на «подобны» достиг только долговременной практикой на занимаемых мною постах.

Но что всего печальнее, для истинно-православной души, так это именно то, что хоры смешанные, с оркестровой постановкой пения, начали заводить в монастырях, да еще в древних святоотеческих. О новейших же лаврах и богатых монастырях и говорить нечего: тут регенты, размахивая руками и притопывая ногами изо всех сил стараются перещеголять один другого художественной отделкой оркестрового пения. А в некоторых монастырях приглашаются даже девушки и женщины петь с монахами в церкви, и для этого в церкви же, под звуки фисгармонии, делаются спевки. Вот именно этим самым путем и искореняются у нас древние боговдохновенные мелодии. Спрашивается: кто же поступил в этом святом деле благоразумнее и для души спасительнее – послы ли равноапостольного Владимира, пленившиеся греческой религией и перенесшие ее к нам вместе с пением и обрядами, или мы их потомки, увлекшиеся западной музыкой и оною заменившие древние греческие мелодии.

Конечно латиняне и их последователи, как при Владимире говорили, так и теперь говорят, что они мудрее греков, и что поэтому религия их с ее музыкой и обрядами превосходит греческую. Но мы, православные, должны бы слушать не западных музыкантов, а своих, умудренных опытом (по примеру послов св. кн. Владимира, не увлекшихся западной музыкой) православных пастырей Церкви, должны бы руководствоваться не латинскими льстивыми увещаниями, а творениями святых Отцев и правилами Вселенских Соборов.

Вот, например, как прекрасно характеризует один из просвещенных пресвитеров православной Церкви (прот. Смирнов) впечатления, происходящие в душах наших при слушании западной церковной музыки и православного пения:

    «Слышите величественныя звуки органа, дивные переливы голосов в хоре, чудные музыкальные произведения песенного искусства, и услышите исполненный древним напевом догматик, например "Всемирную славу” или "Кто Тебе не ублажит Пресвятая Дево”, или ирмосы, например: "Глубины открыл есть дно”, или "Волною морскою”, или "Помощник и Покровитель” и почувствуете разницу».

Там искусство все сделало, что могло и дает нам минуты восторга, душа подъемлется, уносится куда-то далеко-далеко… и забывает человек, зачем пришел в храм, и молитвы в душе уже не стало; здесь умиляемся, потрясаемся до глубины души, падаем ниц пред Господом и молимся. Есть службы, подобных которым нет в других христианских исповеданиях, на которых, однако, сами иноверцы чувствуют соприкосновение земли и неба: укажу для примера дивную Пасхальную службу. Но наши доморощенные композиторы, кажется, и эту дивную службу изрядно исказили итальянской гармонией. Такие же точно впечатления происходят в нас и при сравнении иконописи.

    «Пред нами, – пишет сей блаженной памяти пресвитер, – исполненные, как должно, образцы византийской иконописи, сравните их с самыми лучшими итальянскими и испанскими и другими образцами – увидите разницу. Скажете о сих последних: это восхитительно, прекрасно, – а правда здесь: это как-то более идет к святыне храма, сообразнее с духовною молитвой».

Так вот какие противоположные впечатления получаются при слушании итальянской церковной музыки и православного пения. И при созерцании той и другой иконописи. Совершенно верно: такие – же противоположные впечатления может ощущать и каждый из нас, добросовестно ищущий правды. Такие же точно впечатления, надо полагать, получили и послы святаго Владимира и нашли, что для нашего отечества полезнее и спасительнее принять веру не латинскую с ее музыкой, а греческую с ее пением, обрядами и иконописью.

Приведем теперь для более точного уяснения сего вопроса несколько мнений из писаний Св. Отцов и соборных постановлений.

    «Многие теперь ходят в церковь, – читаем мы в одном духовном журнале («Радость Христианина», 21 ноября 1891 года), – слушать певчих и умиляются не словами священных песней, а восхищаются голосами поющих, удивляются, какие они труженики, какие трудные ноты исполняют, как искусно переходят от тихого к громкому пению и прочее».

Святая церковь не одобряет сего:

    «…желаем, – говорит 75 правило Трульского собора, – чтобы певцы не употребляли безчинных воплей, не вынуждали из себя неестественного крика.., но с великим вниманием и умилением приносили псалмопения Богу, назирающему сокровенная».

    «Да слышат это юноши, – говорит блаженный Иероним, – да слышат те, которых обязанность петь в церкви. Богу должно петь не голосом, а сердцем, и не умащать гортань и челюсти сладостями в роде трагиков, так чтобы в церкви Христовой слышались напевы и песни театральныя. Раб Христов должен петь так, чтобы злой дух, бывший в Сауле, изгонялся от тех, которые подобно ему одержимы этим духом и не входил в тех, которые обращают дом Божий в народную сцену».

    «Недостоит петь велегласно и естество на вопль понуждати, – говорит Номоканон (174), – но тихо и со умилением».

    «Запрещаются в пении нововведения, не свойственныя церкви и в особенности противныя вере, и не петь двоегласно и многогласно» (VI Всел. Соб. Прав. 75 и 81).

Особенно строго относятся к музыкально-усладительному пению в церкви преподобные Отцы-пустынножители. Вот например, какие гибельные последствия приписываются ими влиянию такого пения на нравственность певцов.

    «Пение с гласом помрачает сердце и жестоко творит, и не оставляет душу умилиться, и аще хощещи во умиление приити, остави песни со гласом». («Радость Христианина», 21 Ноября 1891 г.). «И егда стоиши молитвы творя, ум твой силу стиха да внемлет: и мни, яко пред Богом стоиши, истязующим сердца и утробы. Не убо украшение песней есть спасающее человека, но страх Божий и соблюдени заповедей Христовых. Гласное же пение многия в преисподняя земли сведе; не точию мирския, но и священники в блуд и страсти себе потопиша. Еже паче песни мирския суть: сих бо ради собираются в церковь» (Пролог 8-го Мая, слово от Патерика). «Песни мирския суть», – говорит преподобный отец.

Да внемлют сему г.г. композиторы и регенты, вносящие в церковное пение дух народных песен; да разумеют, какому соблазну подвергают они молящихся в церкви христиан и да знают, какой страшной ответственности пред Богом подлежат они за этот соблазн.

Продолжение следует...

Источник: Православие. инфо
http://pravoclavie.info 

___________________
См. по теме:
Агония современной антикультуры: Православные христиане живут среди религиозно-слепого мiра

Об общении в таинствах с римо-католиками: Православная Кафолическая Церковь следует примеру древней Церкви

Обновить Церковь по образу и подобию мира сего: О модернистских реформах языка, календаря, иконописи и пения

Криптокатолическое обновленчество как элемент новой унии: Тайные экуменические процессы в РПЦ с начала XX века


Поделиться новостью в соц сетях:

<-назад в раздел

Видео



Документы

Заключение комиссии по богословским изысканиям священника Георгия Кочеткова

По распоряжению Его Святейшества, Святейшего Патриарха Московского и всея Руси АЛЕКСИЯ (Распоряжение № 2187 от 5 мая 2000 года), в связи с многочисленными обращениями в Московскую Патриархию священнослужителей и мирян, озабоченных богословскими изысканиями свящ. Георгия Кочеткова, по их мнению,...


Принимал ли Поместный Собор 1917–1918 гг. постановление о допустимости использования за богослужением русского языка

После совершения в марте 2019 г. митрополитом Тверским и Кашинским Саввой акта церковного вандализма – обновленческой литургии на русском языке совместно с представителями кочетковского братства, а также скандала и церковной смуты, связанной с допуском 2 февраля 2020 г. митрополитом Саввой последователей...


«Роль Православия и Русских – государствообразующая»: Наказ священнослужителей по поправкам в Конституцию

Поправки к преамбуле российской Конституции, предложенные заместителем главы Всемирного Русского Народного Собора Константином Малофеевым, поддержали и дополнили своими предложениями многие клирики Русской Православной Церкви.


<<       >>   |  
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
24 25 26 27 28 29 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5
Фотогалерея
Полезно почитать

Император Николай II: отречение, которого не было

История знает множество мифов. Эти мифы бывают, иногда настолько живучи, что их воспринимают как истину. Мифы эти, конечно, создаются конкретными людьми ради конкретных целей, но затем они начинают жить сами по себе, и бороться с ними бывает крайне нелегко. К числу таковых лживых мифов принадлежит утверждение,...


Откровения глобалиста об эпидемии цифрового аутизма

На Всемирном экономическом форуме в Давосе (Швейцария) 23 января с.г. состоялся бизнес-завтрак Сбербанка «Личностная трансформация в цифровую эпоху». Глобалисты признались, что перешли к цифровизации человека. О значении и результатах этого эксперимента мы узнаем из слов скандально известного и принципиально безбожного Андрея Курпатова...


Народ не готов к приходу Царя?: О единственном пути возрождения и спасения России

В наше время часто приходится слышать о том, что сейчас народ не готов к приходу Царя. И слышать это приходится от людей духовного звания. Дорогие мои, такие слова – не есть слова любви к Царю. Сердце истинно любящих нашего Русского Православного Царя-Батюшку и Великомученика Царя Николая II с его святой Семьей, и грядущего Царя, предсказанного нам многими святыми, никогда не сможет произнести такие слова.


Архимандрит Мелхиседек (Артюхин)
Rambler's Top100